Книга "Анна Каренина". Страница 111

ее. И как тогда, так и теперь меня необыкновенно поражает фигура Пилата

Так понимаешь этого человека, доброго, славного малого, но чиновника доглубины души, который не ведает, что творит. Но мне кажется..

Все подвижное лицо Михайлова вдруг просияло: глаза засветились. Он хотел что-то сказать, но не мог выговорить от волнения и притворился, чтооткашливается. Как ни низко он ценил способность понимания искусства Голенищевым, как ни ничтожно было то справедливое замечание о верности выражения лица Пилата как чиновника, как ни обидно могло бы ему показатьсявысказывание первого такого ничтожного замечания, тогда как не говорилось о важнейших, Михайлов был в восхищении от этого замечания.....

----------------------------

Книга "Анна Каренина". Страница 112

Михайлов продал Вронскому свою картинку и согласился делать портретАнны. В назначенный день он пришел и начал работу

Портрет с пятого сеанса поразил всех, в особенности Вронского, нетолько сходством, но и особенною красотою. Странно было, как мог Михайлов найти ту ее особенную красоту. "Надо было знать и любить ее, как ялюбил, чтобы найти это самое милое ее душевное выражение", - думалВронский, хотя он по этому портрету только узнал это самое милое ее душевное выражение. Но выражение это было так правдиво, что ему и другимказалось, что они давно знали его

- Я сколько времени бьюсь и ничего не сделал, - говорил он про свойпортрет, - а он посмотрел и написал.....

----------------------------

Книга "Анна Каренина". Страница 113

ме нежных, уважительных, любовных, и вдруг с первых же дней они поссорились, так что она сказала ему, что он не любит ее, любит себя одного,заплакала и замахала руками

Первая эта их ссора произошла оттого, что Левин поехал на новый хутори пробыл полчаса долее, потому что хотел проехать ближнею дорогой и заблудился. Он ехал домой, только думая о ней, о ее любви, о своем счастье,и чем ближе подъезжал, тем больше разгоралась в нем нежность к ней. Онвбежал в комнату с тем же чувством и еще сильнейшим, чем то, с каким онприехал к Щербацким делать предложение.....

----------------------------

Книга "Анна Каренина". Страница 114

чало его.Что-то стыдное, изнеженное, капуйское, как он себе называл это,было в его теперешней жизни. "Жить так не хорошо, - думал он. - Вот скоро три месяца, а я ничего почти не делаю. Нынче почти в первый раз явзялся серьезно за работу, и что же? Только начал и бросил. Даже обычныесвои занятия - и те я почти оставил. По хозяйству - и то я почти не хожуи не езжу. То мне жалко ее оставить, то я вижу, что ей скучно. А я-тодумал, что до женитьбы жизнь так себе, кое-как, не считается, а что после женитьбы начнется настоящая. А вот три месяца скоро, и я никогда такпраздно и бесполезно не проводил время.....

----------------------------

Книга "Анна Каренина". Страница 115

Левин ввел жену в отведенный им нумер

- Иди, иди!- сказала она, робким, виноватым взглядом глядя на него

Он молча вышел из двери и тут же столкнулся с Марьей Николаевной, узнавшей о его приезде и не смевшей войти к нему. Она была точно такаяже,какою он видел ее в Москве: то же шерстяное платье и голые руки и шеяи то же добродушно-тупое, несколько пополневшее, рябое лицо

- Ну, что? Как он? что? - Очень плохо. Не встают. Они все ждали вас. Они... Вы... с супругой

Левин не понял в первую минуту того, что смущало ее, но она тотчас жеразъяснила ему

- Я уйду, я на кухню пойду, - выговорила она.....

----------------------------

Книга "Анна Каренина". Страница 116

этого вышла какая-нибудь польза для больного. Более же всего он боялся,чтобы больной не рассердился. Но больной, хотя и, казалось, был равнодушен к этому, не сердился, а только стыдился, вообще же как будто интересовался тем, что она над ним делала. Вернувшись от доктора, к которомупосылала его Кити, Левин, отворив дверь, застал больного в ту минуту,как ему по распоряжению Кити переменяли белье. Длинный белый остов спиныс огромными выдающимися лопатками и торчащими ребрами и позвонками былобнажен, и Марья Николаевна с лакеем запутались в рукаве рубашки и немогли направить в него длинную висевшую руку.....

----------------------------

Книга "Анна Каренина". Страница 117

что ты приехала. Ты такая чистота, что... - Он взял ее руку и не поцеловал (целовать ее руку в этой близости смерти ему казалось непристойным),а только пожал ее с виноватым выражением, глядя в ее просветлевшие глаза

- Тебе бы так мучительно было одному, - сказала она и, подняв высокоруки, которые закрывали ее покрасневшие от удовольствия щеки, свернулана затылке косы и зашпилила их. - Нет, - продолжала она, - она не знала... Я, к счастию, научилась многому в Содене

- Неужели там такие же были больные? - Хуже

- Для меня ужасно то, что я не могу не видеть его, каким он был молодым.....

----------------------------

Книга "Анна Каренина". Страница 118

ложь, гадкая, оскорбительная и кощунственная ложь. И эту ложь, и посвойству своего характера и потому, что он больше всех любил умирающего,Левин особенно больно чувствовал

Левин, которого давно занимала мысль о том, чтобы помирить братьев хотя перед смертью, писал брату Сергею Ивановичу и, получив от него ответ,прочел это письмо больному. Сергей Иванович писал, что не может сам приехать, но в трогательных выражениях просил прощения у брата

Больной ничего не сказал

- Что же мне написать ему? - спросил Левин. - Надеюсь, ты не сердишьсяна него? - Нет, нисколько!- с досадой на этот вопрос отвечал Николай.....

----------------------------

Книга "Анна Каренина". Страница 119

вал, что не может отвратить от себя ненависти людей, потому что ненависть эта происходила не оттого, что он был дурен (тогда бы он мог стараться быть лучше), но оттого, что он постыдно и отвратительно несчастлив. Он знал, что за это, за то самое, что сердце его истерзано, они будут безжалостны к нему. Он чувствовал, что люди уничтожат его, как собаки задушат истерзанную, визжащую от боли собаку. Он знал, что единственное спасение от людей - скрыть от них свои раны, и он это бессознательнопытался делать два дня, но теперь почувствовал себя уже не в силах продолжать эту неравную борьбу

Отчаяние его еще усиливалось сознанием, что он был совершенно одиноксо своим горем.....

----------------------------

Книга "Анна Каренина". Страница 120

он, когда она кончила молиться

Графиня Лидия Ивановна еще раз пожала обе руки своего друга

- Теперь я приступаю к делу, - сказала она с улыбкой, помолчав и отирая с лица остатки слез. - Я иду к Сереже. Только в крайнем случае я обращусь к вам. - И она встала и вышла

Графиня Лидия Ивановна пошла на половину Сережи и там, обливая слезамищеки испуганного мальчика, сказала ему, что отец его святой и что матьего умерла

Графиня Лидия Ивановна исполнила свое обещание. Она действительно взяла на себя все заботы по устройству и ведению дома Алексея Александровича.....

----------------------------
Назад 1 ... 8 9 10 11 12 13 14 15 16 ... 28 Вперед



----------------------------------------------------------

Возможно заинтересуют книги: